Теодор Адорно на протяжении двадцати пяти лет не толкует свои сны, а лишь протоколирует. Он бесстрашно предоставляет читателю право самому интерпретировать откровенные, порой смешные, порой жуткие, но неизменно яркие образы из своего подсознания. На мастер-классе мы вслед за Адорно отказываемся от расшифровок: участники работают с собственными обрывками снов или с подготовленными протоколами Адорно, после чего фрагменты сновидений смешиваются со случайными визуальными обрывками, из которых рождаются коллажи и коллажные тексты.

Регистрация

Для многих издательство — черный ящик: на входе есть рукопись, на выходе — книга, а все, что посередине, — тайна, сокрытая за семью печатями. На примере истории книг Ad Marginem разберем реальную анатомию издательского процесса: как устроены роли внутри команды, из каких этапов складывается путь текста от покупки прав до полки, почему книга выглядит так и стоит именно столько, а также расскажем истории изданий с их драматическими поворотами, чья судьба могла сложиться совершенно иначе.

Роман Ахмеда Хамди Танпынара «Покой» — философско-исторический документ, не только синтезирующий европейский модернизм и ближневосточную эстетику, но и фиксирующий онтологическую неустойчивость человека на разломе эпох. Автора не интересует историческое событие само по себе — только то, как невозможность самоопределения («на Запад или на Восток?») деформирует память, восприятие любви, творчества и смерти, а также покоя как аллегории модерности, которая уничтожает саму возможность органического переживания времени. На лекции разберем, почему «Покой» — это карта темпорального распада и попытка ответить на вопрос: можно ли сохранить покой внутри истории, которая его лишила.

В книге Джеффа Чанга «Can't Stop Won't Stop: история хип-хоп-поколения» упоминается огромное количество деятелей и активистов, повлиявших на хип-хоп-культуру. Среди них не только музыканты и представители культуры, но и политические, религиозные и общественные деятели, спортсмены, предводители уличных банд и простые люди, оказавшиеся в определенных обстоятельствах. Имена многих из них звучат на русском языке впервые, многие — хорошо известны. Переводчик книги Алексей Алеев расскажет о десяти фигурах из книги Чанга и на их примере мы хронологически проследим историю хип-хоп-поколения.

Тиджей-сет на кассетах — только бумбэп первой половины 1990-х. В музыкальной историографии это один из важнейших пластов Золотой эры хип-хопа. Тот самый звук Восточного побережья США, где он и был распространен: беззаботная, энергичная и доступная массам музыка для вечеринок, основанная на сэмплировании фанка и джаза 70/80-х. Без налета зауми — только дух соревнования в мастерстве среди исполнителей и теплый шум кассетной пленки. Жанр, который после принятия закона об авторских правах уступил место иным поджанрам или трансформировался совершенно иным образом, но не исчез из памяти.

Поговорим о ферментации в двух её проявлениях: научном и прикладном.

Об истории ферментации продуктов питания и теории процесса расскажут учёные: Станислав Алексеевич Сухих, д. т. н., профессор БФУ им. И. Канта, нутрициолог, и Екатерина Александровна Буденкова, к. т. н., научный сотрудник научно-образовательного центра «Промышленные биотехнологии».

А о том, как применять теорию на практике и смело экспериментировать с локальными и не только продуктами, — гастроэнтузиаст и мастер домашней ферментации Дарья Кузьмина (она же Даша С Батоном), а также Юрий Медведников и Даниил Голавачков, основатели веганского кафе «Плохой охотник».

На этом мастер-классе мы ничего не будем готовить, но выясним, с чего начать, а ещё попробуем темпе, комбучу и лактоферментированные сиропы чхон.

Регистрация

Карлхайнц Штокхаузен — первопроходец электронной, мультиоркестровой, медитационной музыки, чье творчество стало квинтэссенцией эволюции мировой музыкальной культуры. Джон Кейдж — философ и поэт, перевернувший само представление о сущности музыки и искусства. Два композитора, два полюса авангарда, между которыми напряжение тотального контроля музыки и абсолютной свободы тишины. На лекции проследим их творческий путь от послевоенного авангарда до медитативных опытов: поговорим о контроле и случайности, звуке и молчании, музыке как дисциплине ума и освобождении от привычного, чтобы понять, как они изменили не только музыку, но и само наше отношение к слушанию.

Слово прорастет, пространство наполнится, хулы не будет.
Вдохновлено творчеством Кейджа

Идея: Елена Дементьева
Исполнители: Елена Дементьева, Евгений Юржихин, Коншина Наталья

Французский писатель и мистик Леон Блуа называл себя антиклерикальным христианином, жил в страшной нищете и был отлучен от литературного мира. Свои взгляды на веру он отразил в автобиографическом романе «В отчаянии» — тексте, который через путь писателя-аскета и мизантропа Каина Маршенуара исследует природу отчаяния и намечает пути спасения в мире, равнодушном к человеческой боли. В поисках вдохновения для главного труда о символизме мировой истории он уходит в картезианский монастырь, но не находит там покоя.

Что значит быть христианином вне институций, почему отчаяние может быть честнее надежды и как книга, написанная полтора века назад, ломает современные стереотипы о вере и прокладывает путь к спасению голосами отчаявшихся — на встрече обсудим со священником.

В своем небольшом эссе «Суша и море» мыслитель Карл Шмитт парадоксальным образом отказался от академических стандартов и шагнул «через мифологическое к самому мифу», излагая своей дочери Аниме драматичный рассказ о противостоянии Бегемота и Левиафана — двух библейских чудовищ, олицетворяющих земную и морскую стихии. На встрече с редактором поговорим о том, как выбор в пользу моря изменил «номос Земли», почему этот выбор сегодня снова стоит перед нами и как это небольшое эссе «по-прежнему привлекает (по)читателей богатством открывающихся перспектив на мировую историю».

В Калининграде — на родине великого философа — театральное сообщество обратится к одной из самых неоднозначных пьес о нем — «Иммануил Кант» австрийского драматурга-модерниста Томаса Бернхарда, известного своим радикальным языком и критическим пафосом. Автор едва ли предлагает хрестоматийный портрет кенигсбергского мыслителя — скорее, это столкновение с абсурдом, интеллектуальной слепотой и иллюзиями знания на грани театрализованности и провокации.

Режиссер Елена Лямина о пьесе Бернхарда: «Кант, отправляющийся с женой и попугаем в Америку в надежде вылечить свою слепоту с помощью лучших врачей Колумбийского университета, конечно, само по себе абсурд и фарс. Бернхард будто высмеивает абсолютную веру в разум, помещая всех героев на прогрессивный корабль, плывущий сквозь стихию. Ирония — читать эту пьесу в Калининграде, где недавно пышно и очень официально справили юбилей „нашего Канта“, хотя людей, читавших его трактаты хотя бы пару страниц — не так много. Кант — это остров, Кант —это супермаркет, Кант —это селфи, Кант — это могила, Кант — это рюмочная. Чего только не было с Кантом, кроме того, что его книги до сих пор остаются самыми актуальными трудами во все времена».

Регистрация

Чемодан, рубаха и лента Мёбиуса — в XX веке книга перестала быть просто носителем текста и превратилась в пространство художественного эксперимента. Проследим путь трансформации от футуристических изданий до современных книг художника, где форма стала высказыванием.

Как сделать мини-книжку из одного листа бумаги? Поговорим об истории независимых изданий — от фанатских журналов до современных зин-фестивалей — и создадим собственный одностраничный зин.

Регистрация

Книга — это не просто носитель текста, а сложное полноценное пространство со своим фасадом, несущими стенами и внутренней навигацией — отчего и возникает родство языка книжного дизайна с архитектурой. Но у каждой книги есть и человеческие черты: свое лицо и характер, которые определяют дальнейшую судьбу не только издания, но и самого сочинения. На лекции узнаем, что делает книгу местом, где читателю хочется задержаться, и что определяет судьбу книги — от вечных констант, без которых она невозможна, до решений, превращающих издание в долгожителя, способного пережить каменные здания.

Контррельефы Татлина, «Черный квадрат» Малевича и импровизации Кандинского — этому искусству уже больше ста лет, но оно по-прежнему вызывает споры. Поговорим о его корнях: иконопись, лубок, уличные вывески и бурная городская культура начала XX века. Узнаем, как были устроены творческие объединения «Бубновый валет», «Союз молодежи» и «Ослиный хвост», чем их выставки эпатировали публику и как художники шли на лишения ради западного искусства. Расшифруем послания авангардистов через ключевые произведения и отдельно коснемся драматического противостояния Малевича и Татлина (вплоть до истории с топорами и гробами), ставшего двигателем всего движения.

А также: чему современные маркетологи могут научиться у авангардистов? Почему русский авангард сравнивают с итальянским Ренессансом? Как при большевиках художники получили власть? И наконец, где искать следы стиля в провинции и даже в Оренбурге? На лекции предлагаем оставить предубеждения и наконец разобраться: почему русский авангард — не культурное недоразумение, а предмет нашей гордости.

Спешл-напиток и цветочный поп-ап от студии «Ботаника». А всем, пришедшим с книгами Ad Marginem скидка 10% на все напитки в меню.

Лайн-ап:
Диджей Айка 17:30–19:00
Диджей Спикер 19:00–21:00
Диджей Сорокин 21:00–22:59

Почему нас одновременно притягивают и отпугивают старые дворы, исчезающие дома и пожилые люди, помнящие город совсем другим? На лекции поговорим о старости не только как о подвергнутом стигматизации явлении, но и как о состоянии городской памяти — через ключевые идеи книги Симоны Де Бовуар «Старость». Опираясь на философское исследование, посмотрим на старый центр Оренбурга, исчезающие пространства общения и людей, которые постепенно становятся фоном для современной жизни. Почему городу так легко избавляться от следов прошлого и почему общество перестает видеть в них ценность? И почему само отношение к архитектурной и биологической старости часто имеет одну природу? Также поговорим о памяти города, одиночестве, старости в постсоветской реальности и о том, можно ли стареть полноценно, оставаясь внутри общества, а не на его периферии. Разговор о людях и городе, который всё ещё хранит их тень.

«С чего начать изучать философию?» — этот вопрос часто оборачивается другим, более тревожным: «Зачем она вообще нужна, если мир вокруг рушится?» ХХ век дал человечеству беспрецедентный опыт катастроф. Казалось, старые истины описали мир, который безвозвратно ушел в прошлое, но именно тогда возникло великое десятилетие философии, а за ним — новые способы быть человеком, даже когда смысла больше нет. Опираясь на книги Вольфрама Айленбергера, мы проследим живые судьбы философов, чьи идеи стали ответом на вызовы эпохи, а по следам «Годов теории» Фредрика Джеймисона узнаем, как в контексте политических бурь родилась французская мысль: экзистенциализм, структурализм и постструктурализм предстанут перед нами не как академические игры, а как инструменты выживания и сопротивления, передавшие нам дух современности.

«Кто достаточно долго размышлял о шекспировском Гамлете с его многочисленными толкованиями, знает о бездонности этой темы», — пишет в 1956 году немецкий философ и теоретик права Карл Шмитт, погружаясь в историю елизаветинской Англии в поисках источника трагизма в исторической действительности. На встрече с переводчиком книги «Гамлет или Гекуба» поговорим о проступающей в тексте связи между историей и трагедией, о том, как поэт творит миф из той действительности, с которой непосредственно сталкивается, и о возвышении до мифа фигуры, извлеченной из суматошной повседневности политической жизни, а также о том, как сюжет из XVI века помогает заново продумать учение о политическом решении сегодня.

«Улица ведет фланёра в канувшее время. Каждая улица для него — с уклоном. По ней он спускается [...] в прошлое, которое тем более пленительно, что не является его собственным, личным. И всё же оно всегда откликается временем его детства», — пишет о городе Вальтер Беньямин в «Книге пассажей». Вдохновившись текстами немецкого философа, поговорим о том, как меняется Оренбург вместе с нами: от города детства до города взрослой жизни, как формируются наши маршруты, привычки и эмоциональные связи с местом. Обратимся к идеям исследователей города, феномену фланёрства, который превращает обычную прогулку в путешествие во времени, — и к личным воспоминаниям об Оренбурге.

Во второй части участники создадут собственные ментальные карты города — не точные, а субъективные: из любимых мест, забытых маршрутов, дворов, воспоминаний и ощущений.

Хроника побега из Лондонского ада обратно к дикой природе Оркнейских островов, рассказанная языком рваного монтажа, с Сиршей Ронан в главной роли. Балансируя на грани видеоарта и документалистики, фильм рассказывает историю девушки Роны, чья попытка вырваться из сказочной изоляции шотландской глубинки в большой город обернулась тяжелой зависимостью, лекарством от которой становится дикая мощь Атлантики, возвращение к своим корням и к самой себе.

Четыре года Квартиральня заглядывает в дома и мастерские художников Челябинска — за это время удалось сформировать устойчивую оптику на пространства, в которых любая вещь, попадая в поле мастерской, перестает быть утилитарным объектом, обретая символизм. В фестивальные дни Квартиральня предлагает гостям книжной ярмарки войти в эту логику и поиграть с ней — во время короткого воркшопа на станции с открытками и фасилитатором.

Художники заранее прислали фотографии любых предметов из своих мастерских — это не специально отобранные арт-объекты или инструменты, а случайные вещи, и для ярмарки они будут превращены в открытки. Гость выбирает любую открытку и ищет в книгах Ad Marginem резонирующую фразу к ней — так формируется способ понять, как из случайного стыка вещи и текста рождается новый символ.

Регистрация

«Уже больше века [...] фотография заслуживает того, чтобы считаться изобразительным искусством. [...] Подавляющее большинство людей до сих пор не признают за ней этого статуса — даже когда любят, используют и ценят камеру», — пишет английский художник и критик Джон Бёрджер в 1968 году. В середине XIX века, когда фотография только появилась, вопрос стоял куда острее: речь шла не только о ее месте в иерархии искусств, но и о выживании самой живописи. На лекции поговорим о том, как художники отреагировали на появление фотографии, разберемся в причинах их паники, увидим, как живописцы в итоге полюбили новую технологию, и, конечно, узнаем некоторые секреты старинных картин.

Регистрация

Что скрывается за привычным образом современной Мексики? Почему древние цивилизации продолжают влиять на ее политику, культуру и представления о будущем? На лекции мы поговорим о концепции «двух Мексик» знаменитого латиноамериканского антрополога Гильермо Бонфиля Батальи и о том, как мезоамериканское наследие вместо того, чтобы быть анахронизмом, оказывается альтернативным проектом современности. Обсудим идентичность, память, колониальность и вопрос: возможно ли иное понимание развития за пределами западной модели?

Регистрация

Встреча посвящена одному из самых продуктивных напряжений в современной культуре — между документальной фиксацией реальности и художественным вымыслом; между мокьюментари, байопиками, тру-крайм — с одной стороны — и фантазией, галлюцинацией, ужасом — с другой. Недосказанность, смена регистров, рваные монтажные склейки свободно перемещаются между медиа кино и прозой как самостоятельные художественные приемы, создавая тот самый нерв, когда перестаешь понимать, что пугает сильнее: правдивая реальность или страшный вымысел.

На примере гибридных хроник Флориана Иллиеса, где фиксация эпохи сама становится сюжетом, романизированных биографий на грани безумия от Бенхамина Лабатута, а также современного автофикшена — узнаем, как в реальность вторгается фикция. Обратимся к протохоррорам немецкого кино 1920-х годов, описанным Зигфридом Кракауэром, для которого экспрессионистское кино — диагноз общества, коллективный кошмар, эволюционировавший в современное жанровое кино от «Носферату» до slow-burn хорроров.

На встрече проведем эти линии через кино и литературу и обратимся к персональному опыту: а какой фильм или книга заставили вас усомниться в границах реального?

Регистрация

«В отличие от традиционных произведений искусства, события искусства наших дней не поддаются сохранению и созерцанию. Однако они могут быть задокументированы, „освещены“, пересказаны и прокомментированы», — пишет искусствовед, философ и теоретик медиа Борис Гройс. На примере работы с сетью архивов российского искусства RAAN (инициированной Музеем «Гараж») художники и кураторы расскажут, как с 2025 года собирается архивная коллекция челябинского независимого искусства. На встрече обсудим, почему ведение архива — это не скучная обязанность, а художественный акт, особенно для локальных сцен, которые рискуют остаться «невидимыми» для истории. Поговорим о том, почему архив критически важен для творческой среды Челябинска, каковы особенности архивного дела в цифровую эпоху и как хранить и передавать данные о себе, если ты художник или самоорганизация. В мире, где искусство стало потоком событий, сохраниться — значит не застыть в мраморе, а научиться удерживать свою историю в этом потоке.

Регистрация

Со времен античности море — зеркало человеческой сущности. На страницах «Философии моря» немецкого герменевта Гунтера Шольца европейская мысль предстает как волновой процесс: от сакрального ужаса древних перед стихией до возвышенного восторга романтиков и прагматичного освоения в эпоху глобализации. Как менялось наше понимание свободы, границы и самих себя всякий раз, когда мы смотрели вдаль, к линии горизонта, и как морская стихия на протяжении веков формировала сознание — обсудим на презентации книги с философом и культурологом.

Регистрация

В то время как художники-авангардисты в столицах спорили о форме, челябинские футуристы от станка создавали суровую и мощную книжную графику, соединяя поэзию рабочих корреспондентов с чертежами заводов-гигантов. На встрече поговорим о том, как индустриальная эстетика Челябинска повлияла на оформление книги, а также как феномен ЧелябГИЗа вписывается в контекст советского производственного искусства.

Регистрация

Все, что связано с объектом культурного наследия, случается впервые. Создать универсальный «кейс» в работе практически — каждая история уникальна, а старые решения не подходят для новых задач. Мы расскажем об уникальности нашего проекта, о подводных камнях работы с наследием и о том, почему в башне возникла именно арт-резиденция.

Регистрация

Для многих издательство — черный ящик: на входе рукопись, на выходе книга, а все, что происходит между ними, — территория загадок. Как устроена эта сложная машина изнутри? Кто за что отвечает и в каком порядке принимаются решения? Как текст проходит путь от переговоров о правах до прилавка — через верстку, редактуру, производство и дистрибуцию? И почему книга выглядит именно так и стоит именно столько? На лекции директор по маркетингу и коммуникациям Ad Marginem Дмитрий Харьков разберет реальную анатомию издательского процесса, покажет скрытые этапы работы команды и поделится историями книг, чья судьба могла сложиться совершенно иначе.

Вернувшись из Москвы в Токио, японская коммунистка и писательница Юрико Миямото попадает в тюрьму. В своих очерках и рассказах через марксистскую оптику она передает опыт жизни и активизма в милитаризующейся Японии, а также наблюдения за жизнью в Европе и СССР конца 1920‑х годов. В ее текстах классовые противоречия проступают сквозь быт, личные отношения и городскую повседневность. Советская Москва для Миямото — не рай, а поле напряженной борьбы. Тем не менее писательница стремится показать, как социализм кардинально меняет жизнь женщин и детей — особенно по сравнению с передовым капитализмом Великобритании и «отсталым полуфеодализмом» Японской империи.

На встрече обсудим, почему именно социализм выступил главной ареной становления женского движения начала XX века, в котором нашли себя интеллектуалки разных стран, и как переплетаются классовое и женское в творчестве и судьбе Миямото Юрико.

Как турист может стать не просто метафорой, но и способом бытия в эпоху, когда странным образом сосуществуют глобализация и национализм? Сегодняшний мир устроен не как союз национальных государств‑личностей, а как «двуслойная структура»: экономики, желания и тела людей легко пересекают границы — но политика, сознание и идентичность остаются запертыми в логике нации. Мы поддерживаем «отношения без любви», которые невозможно разорвать по указке, но именно в этом разрыве и рождается фигура туриста: не праздного путешественника, а Другого, носителя случайности и незавершенности, чей способ бытия может стать альтернативой и национализму, и глобализму — и основой для новой, неожиданной солидарности. На встрече обсудим, работает ли эта оптика и что значит мыслить «как турист» сегодня.

Хироки Адзума впервые предложил свое видение бытия туриста ещё в 2017 году — спустя почти десять лет мир стал ещё более противоречивым. На встрече с одним из самых оригинальных мыслителей современной Японии обсудим не только книгу, но и то, изменились ли его взгляды на двуслойную реальность, а главное — над чем он работает сейчас, что готовит для читателей дальше и при чем тут Солженицын.

Дискуссия посвящена тому, как идея противостояния континентальных и морских сил проявляется в истории и используется для ее интерпретации. В фокусе окажутся как события, которые хорошо вписываются в шмиттовскую схему, так и примеры, где такая оптика упрощает и искажает картину. Обсуждение затронет, каким образом академические подходы к геополитике превращаются в инструмент политического воображения, а также как шмиттовская модель работает в современных публичных и политических дискуссиях, влияя на понимание прошлого и настоящего.

Каппинг-сессия, посвященная лету, путешествиям и холодному меню. Помимо дегустации ключевых позиций — вьетнамского соленого кофе, яичного кофе, айс‑американо из Кореи и колдбрю — мы погрузимся в молекулярную кухню: сферификация позволит создать принципиально новую текстуру знакомых вкусов и найти вкус идеального лета.

Своей работой «Экономика каменного века» американский антрополог Маршалл Салинз перевернул представления о первобытности, доказав, что охотники и собиратели были обществом «изначального изобилия»: они не знали голода, имели много досуга и не страдали от «экономического человека» с его бесконечными потребностями. На побережье Приморья, где археологические памятники — от раковинных куч до древних стоянок — хранят следы иной экономической логики, мы поговорим о том, как местный ландшафт и климат формировали хозяйственные модели и почему идеи Салинза сегодня звучат актуальнее, чем полвека назад.

В своей книге французский путешественник‑авантюрист Сильвен Тессон описывает личный опыт восхождений на сто шесть морских столпов — стеков. Его путешествие к этим возвышающимся над прибойными волнами отшельникам становится размышлением о природе странствий и чтением символов, в которых проступают положения нашего времени. На встрече обсудим, чем так притягательны стеки и как расстояния, которые мы преодолеваем, и места, которые посещаем, формируют нас, а также зачем вообще путешествовать в эпоху, когда вся информация помещается в кармане.

На встрече директор по маркетингу и пиару Ad Marginem Дмитрий Харьков представит 30 книг, которые выйдут до конца лета. Среди них — история отношений человека и моря, парадоксальная хроника дадаизма и антропологический бестселлер о том, что первобытные люди на самом деле жили лучше современных, а также пропущенные шедевры модернистской литературы, летопись культурной жизни Европы глазами «красного графа», новый докуфикшн Флориана Иллиеса о семье Томаса Манна, словарь японских вещей, введение в социологию музыки, «Озарения» Вальтера Беньямина, культовый «Мой Алтай» и другие новости издательства.

Для Виктора Сегалена экзотизм — это прежде всего ощущение Разнообразия, рождаемое столкновением Воображаемого и Реального. Китай начала ХХ века он видел страной Реального — насыщенной разнообразием, питающей воображение и в то же время разрушаемой им. Почему именно Китай? Можно ли сохранить разнообразие без экзотизации и нужно ли оно вообще? Глобальный туризм сглаживает различия, но разнообразие не исчезает полностью: оно уходит в нюансы, доступные лишь тому, кто способен их ощущать. Как пережить это сегодня? Обсудим на встрече, посвященной наследию Сегалена.

«Море с его пеной, убегающей прочь, чтобы вернуться, является мучительно точным отражением нашего внутреннего „я“», — писал Георг Зиммель, ведь море — это не просто пространство на карте, но фундаментальная фигура человеческого самопонимания: оно олицетворяет горизонт возможного, подрывает догматический авторитет суши и становится колыбелью глобальной торговли и индустриальной цивилизации. В то время как земля дарит нам устойчивый порядок, номос, море дарит свободу — опасную и безграничную. Опираясь на книгу Гунтера Шольца «Философия моря», мы обсудим, как водная стихия на протяжении веков формировала право, войны и человеческое самосознание, а также почему, выходя в море, человек навсегда меняет себя и свою историю.

В программе — электронная селекция от команды Kultura Friends: путешествие от обволакивающего трип‑хопа через медитативный даунтемпо к упругому Liquid Drum'n'Bass, который подхватывает и уносит к сердцу ночи. Заказываем любимый напиток и наслаждаемся закатным диджей‑сетом с видом на море.

На мастер-классе создадим автопортрет, вдохновленный поздним творчеством Алексея Явленского, когда художник писал не конкретных людей, а их состояния — яркими, почти горящими мазками. Используем принцип предельно упрощенного лика и попробуем собрать собственное внутреннее лицо через цвет.

«Сертаны. Война в Канудусе» (1902) — документальное повествование о подавлении правительственными войсками восстания 1897 года на северо-востоке Бразилии. Усилиями своего автора, репортёра Эуклидеса да Куньи, реляции с места событий превратились в обобщающее произведение о жизни и смерти в пустыне посреди тропиков и о нравственном выборе между варварством и прогрессом. На встрече поговорим о том, как книга, ставшая классикой бразильской литературы, шла к российскому читателю, как в «Сертанах» поднят вопрос бразильской идентичности и стоит ли сравнивать «Войну в Канудусе» с «Войной и миром».

В 1990-е годы Джон Бёрджер написал эссе «Краков» — текст, в котором город оказывается не просто местом на карте, а пространством, где прошлое не исчезает, а наслаивается на настоящее. В своем рассказе Бёрджер размышляет о том, как вещи, фотографии и лица хранят следы прожитых жизней, а память становится призраком, который обитает в каждом углу. На лекции мы разберем, как работает «эффект удвоения» у Бёрджера через оптику хонтологии — учения о призрачности времени, в котором прошлое никогда по-настоящему не уходит — и посмотрим на три детских кабинет-портрета конца XIX века из частной коллекции: как они «удваивают жизни» и почему Бёрджер и Кесьлёвский оказались главными художниками этого призрачного взгляда.

Разговор будет посвящен мемуарной прозе Вирджинии Вулф и книге «Мемуарный клуб», которая позволяет увидеть писательницу не только как классика модернизма, но и как человека, всю жизнь возвращавшегося к собственному прошлому. Мы поговорим о том, какие мемуарные тексты оставила Вулф, как они связаны между собой и какое место занимают в ее творчестве. Сквозь эти воспоминания – о детстве, семье Стивен, доме на Гайд-парк-гейт, утрате матери, взрослении и рождении круга Блумсбери — можно иначе взглянуть не только на биографию писательницы, но и на главные темы ее прозы: память, время, травму — и сам механизм превращения личного опыта в литературу.

Согласно дадаизму, правда рождается в парадоксе. Вдохновляясь книгой «Век ДАДА», мы создадим коллажную обложку собственной автобиографии, где случайные образы и вырезки превращают вашу историю в арт-объект, полный абсурда, провокации и свободы.

«Славой Жижек как-то заметил: "Если вы считаете меня сумасшедшим, то это потому, что вы ещё Гройса не видели"». Борис Гройс — советский, российский философ, культуролог, арт-критик и куратор, живущий и работающий в Германии. Он автор множества монографий и фундаментальных статей по вопросам истории советской культуры и проблемам современного искусства. Гройс не только теоретик: в качестве включенного наблюдателя в начале 1980-х годов он ввел термин «Московский концептуализм» для описания творческих стратегий ряда художников (Эрик Булатов, Илья Кабаков, Виталий Комар и Александр Меламид и др.), чем предопределил как пути развития, так и историческую рецепцию отечественного искусства в России и на Западе на многие десятилетия вперёд.

С одной стороны, Гройс — парадоксальный мыслитель. Вот несколько его наиболее ярких утверждений: Сталин — самый главный художник русского авангарда. Или: СССР — это государство, созданное и управлявшееся философами, т. е. единственная страна, воплотившая в действительность идеал из диалога «Государство» Платона. Или: правами человека сегодня полностью обладают только произведения искусства, хранящиеся в музейных коллекциях. Или: центральная идея русского космизма — это совсем не полёты в космос и даже не воскрешение мертвецов, а превращение вселенной (и всего её содержимого) в музей.

С другой стороны, Гройс — мыслитель последовательный. Для Гройса космизм, авангард, соцреализм, искусство и антиискусство, философия и антифилософия — это фазы на пути и инструменты осмысления актуального состояния человечества. Он проповедует идею постутопического жизненного мира, где антагонизм утопии и антиутопии был преодолен, и оказалось, что человечеству больше не надо решать никаких проблем, потому что все они уже решены. Правда, человек ещё этого не понял. Отсюда та ценность, которую в философии Гройса имеет искусство: оно позволяет увидеть мир, как он есть на самом деле. Мир, который наряду с человеком и космосом, сам уже стал произведением искусства.

Советский человек — не фигура речи, а часть амбициозного проекта по переустройству жизни в масштабах не только РСФСР, но и целого мира. Все сферы жизни становятся полем идеологической битвы. Художники оказываются на переднем крае борьбы за душу и тело советского человека, а значит — за облик будущего. Создавая новый визуальный язык для новой эпохи, Александр Родченко, Варвара Степанова, Владимир Татлин, Эль Лисицкий и Алексей Ган стали авангардом отечественного искусства. На лекции обсудим омских пролеткультовцев и переливания крови, узнаем, как агитационный текстиль и фарфор побеждали «мещанство», зачем художники взялись за гигиену труда и отдыха, и что на самом деле означал лозунг «Искусство в жизнь!».

В уютном дворике музея вас ждут стильные шопперы ручной работы от бренда «Несушка», изделия объединения художников «Крепкий Палец», натуральные свечи от «Искры», украшения от дизайнеров Омска и других городов России и мира, собранные командой «М3». Также на маркете будут представлены линогравюры, броши, открытки, репродукции и наклейки от художницы и иллюстратора Ксении Нефедовой и графика от Алены Клочковой.

В течение двух дней на площадке будет работать корнер фотолаборатории и сообщества любителей аналоговой фотографии M42_filmlab.

Помимо этого, гостей ждет интерактив: можно погадать на книгах, обсудить свои любимые произведения и познакомиться с авторами проекта «Не журнал» — медиа о культурной жизни, интересных локальных событиях и талантливых людях Омска.

Дополнит атмосферу кофейный корнер: еда и напитки от Skuratov Coffee.